Вечером в пятницу стало известно, что темой следующей модной выставки в Метрополитен-музее станет John Galliano: Horizons. Открытие намечено на 9 мая 2027 года, сразу после ежегодного Met Gala. Для Costume Institute это важный жест: Гальяно станет третьим живущим дизайнером, получившим персональную выставку в рамках института, после Ива Сен-Лорана и Рей Кавакубо. Отдельно в источнике отмечается, что в 2012 году совместная экспозиция была посвящена Миучче Прада и Эльзе Скиапарелли.
По данным The New York Times, главный куратор Costume Institute Эндрю Болтон думал о выставке, посвященной Гальяно, еще с 2010 года, но всерьез начал разрабатывать проект только в 2024 году — в тот же год, когда дизайнер представил критически высоко оцененную коллекцию Margiela Artisanal. В публикации также упоминается, что ретроспектива обсуждалась уже на 2024 год, но тогда ее отложили из-за опасений возможной негативной реакции. Сам Болтон сейчас отрицает, что задержка была связана с прошлым дизайнера.
Решение о выставке не привязано к юбилею или конкретной дате. Как подчеркивает Анна Винтур, проект запускают потому, что влияние Гальяно на моду, по ее словам, «неоспоримо». Она также сказала: «There is no one more deserving of an exhibition of this scale than John Galliano». То есть речь идет не о праздничной дате, а о признании масштаба его влияния на индустрию. 
При этом ретроспектива изначально обречена на споры. В тексте напоминается о событиях 2011 года, когда всплыло видео с антисемитскими и расистскими высказываниями Гальяно в парижском баре La Perle. Запись была сделана в декабре предыдущего года и появилась вскоре после его ареста по другому инциденту в том же месте. После этого дизайнера уволили из Dior, а в сентябре того же года он был осужден за публичные расистские и антисемитские оскорбления.
После отстранения от индустрии Гальяно проходил реабилитацию и, как указано в источнике, работал с раввином Барри Маркусом в Лондоне и Эйбом Фоксманом из Anti-Defamation League в Нью-Йорке, чтобы глубже изучить еврейскую историю и антисемитизм. В 2014 году он вернулся в моду в качестве креативного директора Maison Margiela. Сегодня значительная часть индустрии приняла его обратно, однако критика вокруг будущей выставки уже предсказуемо усилилась.
Болтон заранее заявил, что кураторская работа не станет ни безоговорочным прославлением, ни попыткой обойти сложное прошлое. Его позиция сформулирована так: «Our responsibility is neither to celebrate uncritically nor avoid that difficult history, but establish the record honestly, provide context and create the conditions for visitors to make an informed judgment.» Иными словами, выставка должна показать и вклад дизайнера, и проблемный контекст вокруг его биографии.
Но важен не только сам Гальяно. В материале выставка рассматривается как симптом более широкого явления — модной ностальгии. Автор связывает ее с тем, как индустрия в последние годы все чаще обращается к архивам, культовым показам и визуальной памяти 90-х и 00-х. Среди примеров называются волны постов в соцсетях, посвященные 2016 году, а также архивные образы и фрагменты с подиумов, которые вновь и вновь расходятся по Instagram и TikTok.
В качестве иллюстрации приводятся не только знаменитые архивные моменты, но и сам механизм современного потребления моды: пользователи все чаще видят в ленте прошлые дефиле, культовые выходы и исторические образы — от Beyoncé на показе Tom Ford до Rihanna у Dsquared2 и Naomi Campbell в платформенной обуви Vivienne Westwood. Отдельно упоминаются архивные аккаунты вроде @mcqueen_vault, @thewestwoodarchives и @tomfordforgucci, которые и формируют этот поток модной памяти.
На красных дорожках, как отмечает источник, ностальгия тоже стала рабочим инструментом стилистов: они регулярно обращаются к редким архивным вещам и переосмысляют их для новых промо-кампаний. В этом смысле предстоящая выставка в Met выглядит не только как музейный проект, но и как часть большой тенденции, где прошлое превращается в главный культурный ресурс настоящего.
Сам Гальяно в этом контексте описан как олицетворение модной ностальгии. Его работы часто романтизируют: от кроя и сценографии до движения моделей и общей драматургии показа. В тексте напоминают, что многие его шоу содержали моменты, которые сегодня легко стали бы вирусными. Среди них — Erin O’Connor, выходящая из кареты на кутюрном показе Dior сезона осень-зима 2005, поезд Diorient Express, прибывающий на парижский вокзал Gare d’Austerlitz, и Kate Moss в образе беглой русской княгини Лукреции.
Вместе с тем автор статьи задается вопросом: не означает ли эта любовь к архиву, что мода застряла в прошлом? С одной стороны, у ретроспективы есть очевидная образовательная задача — показать сложный и противоречивый вклад Гальяно в историю моды. С другой — ее проведение совпадает с моментом, когда индустрия явно не может отвести взгляд от собственного наследия. Именно поэтому проект уже сейчас воспринимается как потенциальная кульминация десятилетия, одержимого воспоминаниями, редкими архивами и возвращением к «золотым» эпохам подиума.
В конечном счете выставка John Galliano: Horizons может стать не только разговором о конкретном дизайнере, но и проверкой для всей индустрии: готова ли она смотреть на собственную историю без идеализации, но и без забвения. А также — не стала ли ностальгия для моды не просто эстетикой, а главным способом существования в 2020-х.
Источник: dazeddigital_fashion
