Карим Айнуз представил Rosebush Pruning — трансгрессивную комедию, которую сам режиссёр описывает как тонкий, но жёсткий разговор о патриархате, привилегии и сверхбогатстве. В проекте собрался заметный актёрский состав: Callum Turner, Pamela Anderson, Elle Fanning, Riley Keough, Tracy Letts и Lukas Gage.
Фильм строится вокруг семьи, в которой роскошь не скрывает, а только усиливает внутреннюю деформацию. По сюжету персонаж Turner по имени Ed знакомится на испанском пляже с греческим доктором George, которого играет Yorgos Stefanakos. Их разговоры быстро переходят в странную близость, а затем история открывает более мрачную реальность: Ed психологически заперт в фамильном особняке, где отношения между родственниками пропитаны насилием, сексуальной напряжённостью и зависимостью.
В семье есть отец, которого играет Tracy Letts, сестра Anna в исполнении Riley Keough, младший брат Robert, которого играет Lukas Gage, и старший брат Jack, роль которого досталась Callum Turner. Jack описан как самый «нормальный» из них, потому что встречается с outsider-персонажем Martha, которую играет Elle Fanning. Именно эта линия даёт герою шанс на выход из семейного круга. 
Айнуз подчёркивает, что фильм не сводится к шоку ради шока. По его словам, это «аутопсия патриархата», но прежде всего — история о том, как травма и насилие искажают людей внутри семьи. Режиссёр отдельно говорит, что не относится к героям с презрением: для него они не просто «отвратительные и пустые», а продукт отравленной среды, которая сделала их такими.
Сценарная основа Rosebush Pruning восходит к идее 2020 года. Тогда Айнуз попросил Efthimis Filippou написать вольный ремейк итальянского фильма 1960 года Fists in the Pocket Марко Беллоккьо. Как и оригинал, новая картина опирается на историю, где семейная замкнутость, инцестуозность и убийство становятся частью драматической конструкции, но Айнуз выводит материал в более яркую, гротескную и комедийную плоскость.
Визуально фильм противопоставляет ужас происходящего нарочито красивой оболочке. Айнуз говорит, что если источник истории «ужасен», то сам фильм должен быть красивым. Отсюда — яркие цвета, насыщенные синие оттенки моря, кроваво-красные розы, дорогие интерьеры и одежда от дизайнерских брендов. Персонажи, которые могут позволить себе не работать, живут в пространстве изобилия и выглядят так, будто мода является частью их повседневной власти.
Мода в фильме — не просто декорация, а один из маркеров статуса. Уже в начале Ed обсуждает с George бренды, включая Demeulemeester. Позже Martha становится объектом насмешек из-за одежды Cos и Zara, а фантазии Ed связаны с обувью Botega, падающей с неба. Таким образом, fashion-детали встроены в саму логику фильма: через них показываются классовые различия, снобизм и желание принадлежать к закрытому миру привилегированных.
Айнуз также отмечает, что в фильме важны не только провокация и гротеск, но и юмор. Он говорит, что не может слышать слово «дистопия» без раздражения, потому что сегодня и без того слишком много абсурда в повседневной жизни. Поэтому, по его словам, для него было важно, чтобы картина оставалась смешной. Среди музыкальных акцентов он называет Paninaro группы Pet Shop Boys и испанскую гитару Matthew Herbert.
Интересно и то, как режиссёр работает со звёздным кастом. Айнуз считает, что известные актёры усиливают эффект происходящего, а сама система звёздности — часть стратегии. По его словам, это особенно заметно в сочетании громких имён с материалом, который одновременно ироничен, жесток и физически неудобен для зрителя.
При этом Rosebush Pruning для Айнуза отличается от его прежних работ. В его фильмографии — Firebrand, Motel Destino и The Invisible Life of Eurídice Gusmão, а новый проект, по его собственному признанию, стал совсем другим по тону и по способу разговора с аудиторией. Он называет картину своим самым самостоятельным фильмом: тем, который может «стоять на собственных ногах» с первого дня.
Отдельная тема — реакция публики. Айнуз признаётся, что очень чувствителен к рецензиям и комментариям, особенно в эпоху соцсетей. Он понимает, что фильм может разделить аудиторию, и в этом смысле не скрывает, что Rosebush Pruning рассчитан на неоднозначный отклик. Но для него важнее, что картина говорит о патриархате, семейной травме и власти через форму, которая одновременно красива, смешна и тревожна.
Для fashion-аудитории в этой истории особенно заметны три вещи: мода как язык статуса, роскошь как часть психологического насилия и визуальная эстетика, в которой бренды и одежда становятся не фоном, а элементом драматургии. Именно поэтому Rosebush Pruning выглядит не только как кино о сверхбогатых, но и как точный комментарий о том, как эстетика может скрывать разрушение.
Источник: dazeddigital_fashion
