McQueen готовится вернуться на London Fashion Week, и в центре этого возвращения — взгляд Seán McGirr на Лондон как на город, где мода неизбежно смешивается с музыкой, искусством и уличной энергией. Креативный директор дома строит следующую главу бренда, опираясь не только на наследие Lee Alexander McQueen, но и на живую культурную среду города, который до сих пор остается для него главным полем наблюдений.
McGirr говорит о Лондоне как о месте, которое невозможно понять через экран. Ему ближе реальные пространства — Soho, Camden, клубы, галереи, улицы после концертов и ночные районы, где стиль проявляется в случайных деталях: необычной стрижке, сапогах в руках после вечеринки, сочетаниях, которые не выглядят как выверенная формула. В этом подходе чувствуется не только личная привычка дизайнера, но и логика самого McQueen, чья история всегда строилась на столкновении высокой драмы и городской грубости.
Для McGirr музыка оказалась входом в моду еще в подростковом возрасте. Он вспоминает, что сначала учился считывать образы артистов, а уже потом — языки коллекций и конструкции одежды. Среди ранних ориентиров он называет Björk, Amy Winehouse, The Libertines, Arctic Monkeys, Klaxons и emo-группы 2000-х. Позже именно музыкальная среда привела его к тому, что он начал шить и изучать, как устроена одежда. 
Связь с музыкой у McQueen сегодня тоже не декоративная. Через проект Reverb, который дом запустил как серию камерных музыкальных встреч в бутиках, бренд вовлекал в свою орбиту John Glacier, Bar Italia и A. G. Cook. Именно благодаря этому проекту McGirr познакомился с Cook, основателем PC Music и продюсером, который затем создавал саундтреки к последним показам McQueen. Их совместная работа начинается с долгих прогулок по Hampstead: один говорит о звуке, другой — о одежде, исторической конструкции и образах, накопленных в памяти.
Такой способ мышления хорошо совпадает с историей самого дома. Lee Alexander McQueen строил показы как целостные сенсорные миры, где одежда существовала рядом с фильмом, музыкой, историей, сексуальностью и театральностью. Среди артистов, связанных с брендом в разные годы, в материале названы Björk, The Prodigy и Lady Gaga. Для McGirr это важный ориентир: McQueen всегда умел отражать культурный момент не только через вещи, но и через людей, которые вокруг этих вещей существовали.
Теперь эта связь с Лондоном снова становится буквальной. В сентябре McQueen представит в рамках London Fashion Week коллекцию Spring 2027, и это будет первый показ McGirr для дома в Лондоне, а также первое лондонское runway-презентация бренда с 2022 года. Для марки, выросшей из специфической смеси величия, риска, истории и непослушания, такое возвращение выглядит символичным. Для самого дизайнера — это возможность работать в городе, который он до сих пор воспринимает как живую библиотеку визуальных и культурных подсказок.
Свою повседневную «исследовательскую» работу McGirr ведет не только на улицах, но и в институциях и пространствах, связанных с лондонской культурой. В день разговора он успел посмотреть работы Georg Baselitz в White Cube, побывать у Barbican и изучить личные исследовательские книги Lee Alexander McQueen в Sarabande Foundation, созданном для поддержки молодых креативных специалистов Лондона. Его особенно впечатлила аналоговая, почти хаотичная манера, с которой ранние материалы McQueen были собраны: картинки с подиумов, исторические отсылки и визуальные идеи выглядели не как вычищенная система, а как интуитивный архив.
McGirr подчеркивает, что меньше доверяет интернету как источнику вдохновения. Он не отвергает его полностью, но считает, что культуру нельзя понять, наблюдая за ней только через экран. Ему важнее наблюдать за людьми вживую, видеть, как они одеваются в Soho, что происходит на концертах, как выглядят локальные субкультуры, которые не спешат подчиняться модной цикличности. В Camdem он по-прежнему замечает корсеты со шнуровкой, фиолетовые волосы, украшения из колючей проволоки и красно-черные гардеробы — признаки сцены, которая не исчезла, несмотря на все разговоры о ее «смерти».
При этом дизайнер не идеализирует состояние Лондона. Он признает, что после Brexit, роста расходов и закрытия площадок условия для независимых дизайнеров и британского модного бизнеса стали сложнее. Но McGirr не хочет сводить культурную жизнь города только к экономическим потерям. Для него Лондон по-прежнему остается пространством, где можно увидеть нечто важное раньше других — в движении ночной толпы, на концертах, в районных стилях, в том, как люди соединяют нарочитую небрежность с расчетом.
Именно этим объясняется его интерес к перформерам и артистам, которых он вовлекает в мир McQueen. В его работе появляются как глобальные имена — Lana Del Rey, Charli xcx и Chappell Roan, — так и более камерные музыканты вроде John Glacier, Florence Sinclair и Bar Italia. Для McGirr это не просто список лиц для кампаний. Он говорит о построении сообщества, где с артистами работают не как с внешним декором, а как с участниками общего мира. По его словам, важна не только одежда на человеке, но и чувство настоящей связи и взаимного вдохновения.
Каждая из этих фигур открывает в McQueen свою грань. Lana Del Rey позволяет развивать более театральные и мрачные образы; Chappell Roan дает пространство для фантазии и масштаба; Charlize Theron, по его словам, помогает исследовать чистую силу tailoring. При этом McGirr настаивает, что у McQueen никогда не было одной-единственной «женщины бренда». В его понимании это может быть и гостья Met Gala в сложносочиненном платье, и девушка в рваном наряде на панк-концерте, и человек в остроплечем костюме. Их объединяет не образ жизни, а ощущение силы, заложенной в саму конструкцию одежды.
Личное отношение McGirr к этой силе тоже понятно: он вспоминает, как однажды купил рубашку McQueen в Selfridges, потому что она визуально делала его шире в плечах и увереннее в теле. Именно такие вещи, по его словам, объясняют притяжение к jacket-наследию дома и к Napoleonic silhouettes, которые стали основой его SS’26. На его выбор в свое время влияли Pete Doherty, Kate Moss и Gerard Way, а значит, нынешние коллекционные ходы для него — это не только современная интерпретация архива, но и возвращение к изображениям, которые сопровождали его еще в подростковом возрасте.
McGirr избегает постоянного присутствия онлайн во время работы над показом: ему важно сохранить интуицию и услышать, что именно «в воздухе» еще до того, как это превратится в очевидный тренд. Он признает, что сегодня субкультуры считываются и раскладываются по категориям быстрее, чем раньше. Но, по его мнению, задача дизайнера — не повторять уже зафиксированное, а находить то, что все еще способно удивить, и переосмыслять это через одежду.
Возвращение McQueen в Лондон на London Fashion Week выглядит именно так: не как ностальгия по прошлому, а как попытка заново услышать город, из которого когда-то и возник язык дома. Для McGirr это работа с местом, где мода, музыка и ночная культура по-прежнему находятся в напряженном, живом контакте. И, как он сам говорит, одежда не существует в вакууме — она должна входить в реальную жизнь, накапливать память и оставаться частью культуры, а не только изображения.
Источник: harpersbazaar_fashion
