Ирина Шейк дала большое интервью Vogue Arabia, в котором неожиданно подробно рассказала не только о карьере, но и о личной жизни. Разговор получился редким по откровенности: супермодель вспомнила детство, первые шаги в индустрии, отношение к возрасту и то, какого человека хотела бы видеть рядом с собой.
Шейк выросла в небольшом городке на границе с Казахстаном в семье шахтера и учительницы музыки в детском саду. После смерти отца мать будущей модели работала на нескольких работах, чтобы одна поднимать двух дочерей. По словам Ирины, ее детство было очень простым: семья жила обычной деревенской жизнью, работала в саду, выращивала овощи и картофель, а о моде она тогда почти ничего не знала.
Сама Шейк признается, что всегда чувствовала: однажды она уедет из родных мест и построит другую жизнь. Так и произошло. Уже будучи студенткой маркетинга, она познакомилась на улице со скаутом модельного агентства Гией Джикидзе, который ранее открыл Наталью Водянову. Этот момент стал поворотным в ее судьбе. 
Однако путь к успеху не был быстрым. В 19 лет Ирина переехала в Париж, где несколько лет ходила по кастингам и жила в квартире с другими моделями. Она не говорила по-английски и, по ее словам, долго оставалась «неподходящей» для тогдашних стандартов рынка: в моде преобладали очень худые, высокие блондинки, а ее внешность казалась агентствам слишком отличающейся. Ирина вспоминает, что в то время просто пыталась выжить и помочь семье, а не мечтала о громких обложках.
Позже она уехала в Испанию, где ее внешность оказалась более востребованной, а также работала над каталогами в Германии. Лишь в 2011 году Шейк стала первой российской моделью на обложке Sports Illustrated, после чего ее карьера получила новый импульс.
При этом сама Ирина говорит, что успех не избавил ее от необходимости работать так же, как и в начале пути. Даже став одной из самых узнаваемых фигур в мире моды, она продолжает ходить на кастинги и не пользуется своим именем как пропуском. В интервью она вспомнила, как однажды нацелилась на работу с Йоджи Ямамото, и агентство предупредило ее, что придется ждать в очереди вместе со всеми. Шейк все равно пришла, просидела среди совсем юных девушек, примерила несколько образов и в итоге получила приглашение на показ.
Еще один важный этап в ее карьере связан с Риккардо Тиши, который тогда был креативным директором Givenchy. По словам модели, именно он одним из первых увидел в ней не только образ роковой красавицы, но и потенциал для высокой моды. Шейк подчеркивает, что от Тиши научилась важному принципу: у человека в индустрии должен быть план и понимание того, куда он хочет двигаться.
Отдельно Ирина рассказала о том, как относится к возрасту и собственному телу. В январе ей исполнилось 40 лет, и, по ее словам, вокруг этого появились лишние комментарии, хотя сама она воспринимает этот возраст спокойно и с юмором. Шейк говорит, что у нее есть морщины и целлюлит, и она не видит в этом проблемы. Напротив, модель признается, что любит каждую часть своего тела и теперь относится к себе гораздо мягче, чем в молодости, когда ей казалось, что нужно быть только худой и обязательно соответствовать чужим ожиданиям.
Несмотря на громкое имя в индустрии, Шейк не делает из себя недосягаемую звезду и в публичных выходах нередко поддерживает молодых или местных дизайнеров. В интервью она вспомнила, что на Венецианском кинофестивале 2026 года обратилась к архивам итальянского дизайнера Ромео Джильи, а на презентации календаря Pirelli на 2026 год выбрала работу Франческо Мурано. Для нее это способ отблагодарить талантливых авторов, у которых не всегда есть поддержка крупного модного дома.
О личной жизни Ирина говорит без драматизации. Сейчас ее сердце свободно, но от любви она не отказывается. Модель признается, что счастлива быть мамой, дочкой и сестрой, и верит, что встретит «своего» человека. Она шутит, что мама даже видит для нее возможного жениха в лице мастера, который пришел бы чинить телевизор: сама Шейк говорит, что редко выходит из дома и довольно стеснительна. При этом ее позиция ясна: рядом должен быть человек, который принесет в жизнь любовь и спокойствие, а не хаос.
Именно отсутствие безумия, по словам модели, для нее сейчас особенно важно. Она прямо говорит, что не готова мириться с чем-либо разрушительным, и называет нынешний этап жизни временем зрелого выбора. Такой же подход Ирина старается передать дочери Леа де Сейн Шейк Купер, которую воспитывает вместе с бывшим бойфрендом, актером Брэдли Купером. Модель отмечает, что дочь растет в совсем других условиях, чем росла она сама, поэтому она старается рассказывать Леа о своем непростом детстве и напоминать о ценности обычной жизни.
Шейк не романтизирует материнство и честно говорит, что не идеальна: по ее словам, иногда и сама Леа напоминает об этом. Но именно роль матери она считает одним из главных достижений в жизни, а опыт совместного родительства и воспитания дочери называет живым, меняющимся и очень важным.
В этом интервью Ирина Шейк показала себя не только как модель, чье имя давно известно в мировой моде, но и как человек, который прошел длинный путь от простой деревенской жизни до международных подиумов без иллюзий и лишнего пафоса. Ее история остается редким примером того, как в индустрии можно сохранить собственный характер, не теряя уважения ни к работе, ни к себе.
Источник: marieclaire_moda
