В новом осеннем выпуске Dazed авторы собрали восемь молодых дизайнеров, которые по-своему меняют разговор о теле в моде. Их работы не сводятся к эффектности ради эффекта: кто-то исследует границу между одеждой и «второй кожей», кто-то работает с кукольной пластикой, кто-то превращает субкультурные и поп-культурные коды в усложнённые силуэты и техничные формы. Общая линия у всех одна — интерес к телу как к объекту, который можно не только одевать, но и заново интерпретировать.
Кай Гхаттаура вырос в Телфорде недалеко от Бирмингема, но сформировался прежде всего в интернете. В детстве он много играл в видеоигры, и именно гейминг подогрел его интерес к дизайну персонажей и созданию вещей вручную. В этом году он окончил магистратуру Central Saint Martins и говорит о своей работе как о «postmodern ragebait clothing». При этом дизайнер подчёркивает, что для него важно не только присутствие в соцсетях, но и техническая убедительность вещей как таковых. Среди его клиентов — EsDeeKid, Wet Leg и Billionhappy. Сейчас он готовит независимый показ, который планирует провести в сентябре, вместе с партнёром и с отсылкой к поп-культуре 2016 года.
Гил Херстхаузен остаётся почти намеренно неуловимой фигурой. У неё есть Instagram и сайт с футболками и носками, но в остальном она предпочитает оставлять детали биографии за кадром. Известно, что до моды она работала парикмахером и визажистом. Свою практику Херстхаузен описывает как ироничную и экспериментальную: среди её работ был, например, образ платья, целиком выполненного из пузырчатой плёнки. Самый узнаваемый предмет в её практике — oversized-футболка с надписью «CONCEPT WASHING». Её подход строится на игре с формой, фактурой и наслоениями. 
A Letter, ранее известный как Aletta, — дуэт Фредди Кумса и Мэтта Эмпрингема. В начале года дизайнеры объявили о смене названия, а вскоре после этого представили очередную коллекцию. Они познакомились в первый день foundation course и продолжили работать вместе уже после учёбы в CSM. Оба проходили стажировки у Джонатана Андерсона: Кумс — в Loewe, Эмпрингем — в JW Anderson. Свой лейбл они запустили с десятипредметной коллекцией для Dover Street Market в 2025 году. Их работы строятся на тромплёе и материалах, создающих иллюзию, например на тончайшем крепе, который выглядит как бумага. Сейчас дуэт сосредоточен на четвёртой коллекции, показ которой намечен на сентябрь.
Джулия Галиберти — один из немногих молодых дизайнеров, кто открыто говорит, что хотел бы поработать в крупном люксовом доме до запуска собственного бренда. После магистерской коллекции в CSM она живёт между Лондоном и Италией и ищет работу, в том числе в Prada или Margiela, чтобы получить опыт и инструменты для будущего. Галиберти выросла, шивая одежду для своих Barbies и устраивая импровизированные показы с друзьями. Сегодня её практика переосмысляет классический Barbie-силуэт, искажая пропорции тела и усиливая женскую форму. Отдельная тема в её работах — грудь, которую она доводит до сюрреалистических масштабов. Сама дизайнер описывает свои вещи как «мост между возможным и невозможным телом», всегда с примесью гротеска.
Оливер Джинс посвятил одну из своих весенних коллекций детскому увлечению disco freestyle — эксцентричному танцу, который он описывает как ballroom dancing «на кислоте». Для него это не просто визуальная тема, а опыт, напрямую повлиявший на интерес к моде. В детстве его также вдохновляли графичные футболки Генри Холланда и даже внешний вид самого дизайнера. Позже Джинс целенаправленно выбрал Central Saint Martins и теперь вернётся туда на MA-курс в ноябре. Среди его современных ориентиров — August Barron и выпускная коллекция Christopher Kane 2006 года, а в ближайших планах — поиск одной из bandage dress Канэна в сети.
Hester Abov — проект Сары Микорей, в котором дискомфорт и тревожность становятся частью эстетики. В соцсетях она показывает созданные ею манекены — не нейтральные витринные фигуры, а пугающе реалистичные и одновременно искажённые куклы. Среди работ Микорей встречаются вещи с мрачными и неожиданными образами: Mickey Mouse на жакете в dogtooth-мотиве, Pinocchio в формате наручного аксессуара. При этом сама дизайнер связывает свою практику с опытом женской подростковости, с ощущением неуместной «ожидаемой невинности» и тяжёлых внутренних переживаний. Её graduate collection 2025 года объединила личный опыт с референсами на женщин Баухауса и постоянный интерес к Raf Simons.
Саймон Карле развивает тромплёй в сторону «second skin» — 360-градусных нанесений, которые покрывают торс и руки и выглядят как временные татуировки. Среди тех, кто уже появлялся в его работах, — Tyla и Zara Larsson. Сам Карле говорит, что его подход очень прямой: он стремится максимально приблизить одежду к человеческому слою. На нанесение такого образа уходит около часа, а держаться он может до недели — в зависимости от того, как часто его мыть. Дизайнер вырос в Штутгарте, позже поступил в University of the Arts Berlin и теперь работает под собственным именем, совмещая экспериментальную практику с фрилансом для люксовых домов.
Ясмина Атта в момент встречи Dazed собирала вещи для поездки в Токио, где её пригласили на съёмку. Для неё это во многом возвращение: в прошлом году она уже жила в Японии и работала на люксовый streetwear-бренд, а теперь едет как представительница собственного лейбла. Атта родилась в Нигерии, в 11 лет переехала из Лагоса в Лондон и за четыре года после выпуска успела поработать в research-направлении для стилистов, параллельно трудясь в галерее, чтобы оплачивать аренду. В 2026 году она сосредоточилась на своём eponymous brand, и внимание к нему уже выросло после выхода Rosalía в одном из её punky ballerina-образов, вдохновлённых скульптурой Эдгара Дега «Little Dancer Aged Fourteen». В её практике соединяются субкультуры, наследие Buffalo и интерес к африканскому кино, включая сенегальские фильмы 1970-х, такие как Touki Bouki.
У всех восьми авторов разные исходные точки — от видеоигр и танцевальных сцен до подросткового опыта, историй субкультур и экспериментальной работы с образом тела. Но именно это разнообразие и показывает, куда движется новая мода: к вещам, которые не просто украшают тело, а спорят с ним, расширяют его и заставляют смотреть на него иначе.
Источник: dazeddigital_fashion
